покровительница доброты через сдержанность.
Со7 трансформирует страсть чревоугодия в кажущуюся добродетель противодействия обжорству, проявляя доброту, бескорыстие и умеренность по отношению к другим. Её отзывчивое, доброе и соблазнительное поведение облегчает межличностные отношения, но она боится перехода к интимности. В отличие от сх7 и сп7, они проявляют большую амбивалентность в отношении страсти чревоугодия, признавая своё влечение к ней, но осуждая его, что приводит к фрустрации желаний и их большей адаптации к социальным нормам. Социальный инстинкт вращается вокруг образа, воспринимаемого другими и самим собой, поэтому этот образ становится полем невротической борьбы. Она склонна создавать горизонтальные отношения, используя свою идентификацию с идеалом хорошего человека и стремление доставить удовольствие другим с помощью юмора и вербального общения. Адаптивное движение со7 заключается в контроле суперэго над принципом удовольствия.
Говорит мягко и чуть игриво; часто делает паузы, как будто подбирает «правильный» тон.
Основная мотивация со7 — накопление "большего и лучшего" удовольствия, а также избегание как физического, так и психического страдания. Для со7 усилия направлены на создание образа необыкновенного человека, ставящего его за пределы обыденности. Этот образ, созданный изнутри и нуждающийся во внешнем подкреплении, служит прикрытием для угрожающей психической боли. Концепция "большего удовольствия" у со7 связана с поиском удовольствия в отношениях и носит нарциссический характер, завися от образа, который возвращают другие. Мир для них — зеркало, в котором они надеются увидеть образ, соответствующий их идеальному "Я". Хотя сх7 и сп7 тоже обладают сильным нарциссизмом, со7 проявляет крайнюю зависимость от образа, который ей возвращает группа. Признание, признательность и восхищение со стороны других жизненно важны для них. На невротических уровнях их благородные поступки могут содержать скрытое желание получить что-то взамен.
Потребность со7 в жертве является ключевой чертой, отличающей её от других. Она возникает из-за того, что страсть чревоугодия, направленная на социальный инстинкт, фокусируется на концепции жертвы как способа получения любви и признания. Со7 подсознательно убеждена, что без самопожертвования она не сможет существовать и заслужить любовь окружающих. Это приводит к стремлению отдавать больше, чем получать, чтобы другие чувствовали себя обязанными и воспринимали её как доброго и самоотверженного человека. Она боится, что проявление её истинных интересов приведёт к отвержению. Жертвенность выступает для социальной семёрки как форма контрагулы, отрицание непосредственного удовольствия ради кажущегося отречения, которое, парадоксально, приносит ей нарциссическое удовольствие и чувство превосходства. Она испытывает ненасытную потребность в признании своей жертвы. Со7 боится показать свою уязвимость и истинные потребности, поэтому скрывается за маской, чтобы избежать отвержения
